В Москве обсудили особенности перехода от войны в Афганистане к политическим решениям в контексте региональной активности

«Если Россия начнет выстраивать новые отношения с Пакистаном и Афганистаном, то она сможет помочь в борьбе с терроризмом. Не британцы, которых мы уже несколько раз высылали из страны, не американцы, которые совершают убийства на нашей территории на протяжении уже 17 лет. Только Россия»
Хамид Карзай, бывший президент Афганистана

В Москве в отеле «Националь» 11 апреля состоялась международная конференция «Терроризм и внутриполитические процессы в Афганистане. Переход от войны к политическим решениям в контексте региональной активности». Организатором конференции по вопросам безопасности в центрально-азиатском регионе выступил Центр Льва Гумилева. Ведущие эксперты-востоковеды из России, Афганистана, Казахстана, Таджикистана, Кыргызстана, Белоруссии и гости мероприятия любовались видом на Кремль из окон легендарного исторического отеля «Националь», уникального памятника истории и архитектуры в сердце Москвы.

На повестке дня стояло обсуждение вызовов и угроз для стран центрально-азиатского региона, консолидации усилий стран региона в борьбе с терроризмом и наркоторговлей. Участники обсудили плюсы и минусы монополизации власти в Афганистане, вероятные варианты развития сценария перехода к мирному процессу и эффективность работы региональных миротворческих площадок, в частности итоги ташкентской международной конференции «Мирный процесс, сотрудничество в сфере безопасности и региональное взаимодействие». Оценили причины межэтнических противоречий как фактора воспроизводства нестабильности и усиления позиций экстремистских организаций в Афганистане.

Павел Зарифуллин, директор Центра Льва Гумилева, в своем выступлении сделал акцент на том, что московская площадка для проведения консультаций по вопросам безопасности и перехода к мирному процессу в Афганистане, обладает рядом преимуществ.

«Не смотря на то, на очередном раунде Кабульского процесса, Ашраф Гани призвал талибов к мирному процессу на беспрецедентных условиях, таких как, признание группировки политической партией, он не получил от антиправительственного движения однозначного ответа.

Глава Высшего совета мира Афганистана Карим Халили заявил, что талибы не хотят начинать процесс мирных переговоров с правительством и никогда не сдадутся.

На Ташкентской конференции была принята декларация, ключевыми моментами которой стали положения о том, что переход к мирному процессу должен проходить силами самих афганцев, что декларирует и администрация Трампа, а вооруженная оппозиция признается легитимной политической силой.

Однако, некоторые члены афганского парламента убеждены в том, что страны Центральной Азии исходят из своих локальных интересов и планируют использовать потенциал талибов в борьбе с ИГИЛ.

Талибы ищут прямого диалога с США, однако США, продолжая вести войну в стране, настаивают на том, что конфликт правительства и талибов — это внутренний конфликт, и должен решаться самими афганцами.

В этих условиях, Москва готова пригласить к конструктивному диалогу основных региональных аттракторов, таких как, например, Пакистан. Инициативы Москвы по проведению консультаций по вопросам безопасности в Центрально-Азиатском регионе поддерживают представители стран-участниц ШОС.

К сожалению США и страны-частницы НАТО демонстративно игнорируют российские консультации, хотя московская площадка могла бы стать единственным работающим плацдармом миротворчества в евразийском регионе, опираясь на исторический опыт мирного сосуществования разных народов от Российской Империи до СССР», — отметил директор Центра Льва Гумилева.

Заки Дарьяби, издатель и главный редактор кабульского ежедневника Etilaatroz, вкратце описал достижения в вопросе мирного процесса в Афганистане.

«За последние полтора-два года пребывающий в течении десятилетия в состоянии стагнации процесс диалога с Пакистаном сдвинулся с мертвой точки, однако на данный момент отношения очень сильно испорчены.

Важным этапом начала мирного процесса в стране можно считать второй этап кабульского процесса, когда правительство Афганистана пошло на значительные уступки, предложив «Талибану» войти в политическую систему страны, объявить амнистию членам «Талибана», и даже негласно разделить властные полномочия в вопросе управления страной. Противодействие ИГИЛ в Афганистане могло бы стать некой точкой соприкосновения между Правительством национального единства и «Талибаном».

Несмотря на то, что «Талибан» обычно упоминается как некое единое движение, в действительности все обстоит иначе, существует множество групп талибов, которые, фактически, абсолютно самостоятельны.
Война в Афганистане для некоторых имеет чисто финансовый интерес, поэтому сложно сказать, принесет ли «Кабульский процесс» и прошедшая в Ташкенте конференция какой-либо результат.

Что касается участия международного сообщества в мирном процессе, то для начала необходимо выработать некий общий системный подход, наладить и развивать региональное сотрудничество, и самое важное, привлечь к участию в мирном процессе Пакистан в качестве полноценного партнера, который выражает искреннюю заинтересованность, а не действует вынужденно в результате оказываемого давления со стороны США», — поделился с участниками Заки Дарьяби.

Халил Фитри, руководитель отдела новостей информационного агентства Pajhwok Afghan News, в своем выступлении о терроризме в Афганистане и общей внутриполитической ситуации в стране отметил что понятие «терроризм» перестало быть однозначным в афганских реалиях.

«15 лет назад самым главным лозунгом как западных государств, так и правительства Афганистана была «борьба с терроризмом». С начала войны было вполне очевидно, какие именно группы являются «террористическими» и каким образом необходимо им противостоять.

Однако чем дольше затягивался конфликт, тем больше расплывалось понятие «терроризма». Пожалуй, в этом и заключается самая большая проблема борьбы с терроризмом в Афганистане: те, кто в начале был террористом, вдруг на сегодняшний день им резко быть перестал.

Немаловажным аспектом является то, что некоторые западные страны, также не могут в точности определить статус «Талибана» либо как террористической организации, либо как некоего военно-политического «движения».

Такое взаимодополняющее недопонимание лишь усугубляет ситуацию, так как правительство Афганистана, следуя, скорее указам международных организаций, нежели собственным целям, фактически, приносит в жертву афганский народ. Кроме того, несмотря на все заявления, помощь Афганистану со стороны международного сообщества в борьбе с терроризмом уменьшается», — считает Халил Фитри.

Леся Каратаева, главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК, поделилась с присутствующими основными трендами, определяющим современные угрозы терроризма, которыми по мнению эксперта являются «возвращение» Аль-Каиды и смена статуса и состояния ДАИШ.

«Основным элементом новой стратегии Аль-Каиды стал переход террористической активности в информационное пространство. В результате сократились объемы «экспедиционного терроризма», взамен распространились практики реализации «доморощенного терроризма» — организация взрывов в местах массового скопления людей. 

Зонтичная структура организации была усилена форматом франшизы, который позволяет использовать локальную специфику. Действующие с 2013 года ограничения на проведение террористических актов в странах Запада, которые могли бы повлечь за собой гибель мирных мусульман позволили сформировать имидж «умеренных экстремистов», противопоставляемый сверхжестокости ДАИШ. Также Аль-Каида вновь обрела свое медийное лицо в виде Хамзы Бен Ладена, сына основателя.

Что касается ДАИШ, то группировка изначально эксплуатировала апокалиптическую религиозную догматику. В отличие от Аль-Каиды, ДАИШ создала разветвлённую и многоуровневую сеть аккаунтов в социальных сетях.

Утеря ДАИШ позиций в Сирии привела к смене тактики, а конце 2016 года ДАИШ предложила сторонникам осуществлять террористические акты на территории проживания, которые будут приравнены к «джихаду» на территории Сирии. Таким образом в стадии формирования новая парадигма террористической активности, не требующая специальных навыков, крупных финансовых затрат и сложных технических приспособлений.

В целом, мировое сообщество столкнулось с новой «объемной» моделью пропаганды идеологии насильственного экстремизма и терроризма. Генераторы каналов пропаганды терроризма опираются на принципиально разные идеологические установки, ориентируются на разные фокусные аудитории и используют разные инструменты и каналы распространения информации», — считает эксперт.

Омар Нессар, директор Центра изучения современного Афганистана, сделал доклад, посвящённый переменам в сфере политики и безопасности в Афганистане после 2014 года, сделав акцент на кризисе легитимности афганской политической системы и появлении сепаратистских настроений.

«В Афганистане речь идёт о возникновении или необходимости введения новой формулы раздела власти. Существуют разные рецепты, которые предлагают сами афганские политики. Один из них, законодательно закрепить должность премьер-министра с максимально широкими полномочиями, в настоящее время неограниченными полномочиями обладает только президент. Второй рецепт заключается в укреплении позиций парламента. И, наконец, есть депутаты и политики, которые предлагают даже федерализм.

Другой причиной, подталкивающей страну к кризису власти, можно обозначить то, что институт выборов не совсем сочетается с местными обычаями и традициями. Например, не все народы Афганистана согласны принимать участие в процедуре голосования. Особенно это касается женской части населения в отдельных регионах страны.

За последние два года в Афганистане произошло также ключевое изменение, касающееся непосредственно интересов России и стран Центральной Азии. Это организованный перенос зоны нестабильности с юга и востока на север страны. Некоторые политики обвиняют окружение президента в причастности к переброскам боевиков.

Возможно, момент, когда Россия и страны центрально-азиатского региона могли бы эффективно подключиться к диалогу, был упущен. Ответив на вызов Хамида Карзая, который еще будучи президентом ИРА, отказался подписывать соглашение о безопасности с США, в надежде получить поддержку от соседей, евразийские государства могли бы повернуть ход истории.

Сейчас Афганистан снова на распутье, и это снова шанс для России и региона оказать реальную помощь и поддержку народу Афганистана, в этом смысле московская площадка, с моей точки зрения, является уникальным процессом, на базе которого можно выработать региональный рецепт к афганской проблематике», — прокомментировал Омар Нессар.

Сохраб Гайрат, эксперт центра Льва Гумилева в Афганистане, рассказал о межэтнических противоречиях и серьезных разногласиях, которые наблюдаются как в руководстве страной, так и среди членов вооруженной оппозиции.

Сохраб Гайрат предупредил, что в случае, если эти противоречия не будут разрешены, эта проблема может стать серьезной угрозой и для стран региона, поскольку «недовольные» пополнят ряды альтернативных террористических организаций. Эксперт также привел факты о зарождении на территории Пакистана «нового течения» движения «Талибан», ряды которого пополняют молодые афганцы.

Никита Караваев, белорусский востоковед-международник, эксперт Центра Льва Гумилева в Афганистане поднял актуальный вопрос безопасности хазарейской молодежи Афганистана в разрезе сирийского конфликта.

«В афганском обществе бытуют опасения, что через иранские консульства идет вербовка в Афганистане хазарейцев, которые отправляются в гущу боевых действий в Сирии. Они формируют бригаду «Лива Фатемиюн», члены которой вернутся в Афганистан прошедшими сирийскую гражданскую войну опытными солдатами, подчиняющимися КСИР.

Стоит заметить, что такого рода заявления все же несколько гиперболизированы. Иран набирает добровольцев-хазарейцев из восточных провинций страны, на территории которых проживают хазарейцы-мигранты из Афганистана и Пакистана.
Возвращение хазарейцев в Афганистан маловероятно, поскольку по завершении военного контракта наемникам предлагается вид на жительство в Иране и возможность перевезти членов своей семьи из Афганистана. Служба в «Лива Фатемиюн» оплачивается до 500-700 долларов в месяц. Для сравнения, средняя зарплата мигранта на востоке Ирана составляет около 70-120 долларов.

Опасения, что Иран планирует перебрасывать набравшихся опыта «Лива Фатемиюн» в Афганистан с целью расширения своего влияния, необоснованы. Скорее всего, «Лива Фатемиюн» останется в регионе Ближнего Востока и станет одним из военных рычагов ИРИ, особенно если учитывать предположения о том, что нестабильная ситуация в Сирии будет сохраняться еще долгое время».

Валерий Синько, координатор Центра Льва Гумилева в Кыргызстане, поднял в своем выступлении вопрос о вовлеченности влиятельных представителей госаппарата стран Центральной Азии в процесс транспортировки наркотиков из Афганистана.

«В Кыргызстане наркоторговля является самым прибыльным видом бизнеса, в рамках которого действуют сплоченные группы, состоящие из представителей власти, правоохранительных структур, членов преступных группировок и агентов-распространителей.

В 2014 году Государственная служба по контролю за оборотом наркотиков изъяла около 18 тонн наркотических веществ, в 2015 году было изъято более 49 тонн наркотиков, после чего данная служба была расформирована.
Через территорию Кыргызстана по северному маршруту проходит до 19% всех наркотиков, производимых в Афганистане, 1837 тонн.

Страны региона должны объединиться в борьбы с незаконным оборотом наркотических веществ и пресечения колоссальных прибылей спонсоров терроризма от этого незаконного бизнеса. В противном случае нам стоит забыть о снижении поставок афганских наркотиков и свертывании террористической деятельности», — поделился информацией Валерий Синько.

Александр Князев, д.и.н., востоковед, поделился с участниками экспертной точкой зрения на процессы монополизации власти в Афганистане и обратил внимание на недостатки переговорного процесса на различных площадках.

«Одной из главных задач, которую предстоит решить Афганистану для выхода из многолетнего состояния конфликта — создание сильного государства, государства, опирающегося на функционально эффективные институты, способные контролировать территорию. 

В настоящее время мы наблюдаем попытки монополизации власти, которые не имеют эффективности для страны в целом, поскольку исходят из частных интересов отдельных кланов. Это не просто попытка этнизации процесса монополизации, а скорее трайболизация по племенному признаку. Главной мотивацией движения «Талибан» зачастую также является агрессивный этнический национализм. Такие попытки создать государство на основе групповых, клановых интересов носят негативный характер и повлекут за собой много негативных последствий.

Что касается переговорного процесса, недостатком всех инициатив, включая ташкентскую, является их дуализм. Мы видим только две стороны переговорного процесса — «Талибан» и кабульское правительство, но процессы, происходящие в Афганистане, намного сложнее. Там не 2 стороны, а 32. 

Нужно учитывать интересы огромного массива не пуштунских политических сил, которые имеют право быть участниками переговоров не только о мире с «Талибаном», а о новом переустройстве общества. 

В настоящее время США являются главным контролёром финансовой состоятельности правительства, органов управления и политического влияния на все группы. А значит успех любых переговоров, любых экономических проектов связан с тем, насколько это будет соответствовать их интересам.

Интерес Ташкента при вовлечении в переговорный процесс прежде всего, экономический. Мирный Афганистан в силу географии мог бы дать новые импульсы новой модели экономического развития, которая сегодня реализуется Узбекистаном.

Важнейшей заслугой московских консультаций является вовлечение в переговорный процесс Пакистана. Без диалога с Пакистаном мир в Афганистане не может быть обеспечен. Москве не хватает продуманной выверенной информационной поддержки в самом Афганистане, чтобы заручиться доверием со стороны населения», — считает Александр Князев.

Рамазан Дауров, заведующий сектором Афганистана Института Востоковедения РАН, рассказал о неоднозначной роли Китая в реализацииии проекта Китайско-пакистанского экономического коридора.

Ольга Ладыгина, завкафедрой культурологии, педагогики, психологии РТСУ, вернула всех в прошлое, рассказав о значительной роли Советского Союза в социально-экономическом развитии Афганистана в 80-х годах.

«Стабильное экономическое развитие Афганистана было гарантом безопасности развития советских среднеазиатских республик, сейчас независимых государств. Решая свои геополитические проблемы Советский Союз, в отличие от США сегодня осуществлял финансовую и гуманитарную поддержку с целью развития национальной промышленности Афганистана. Это была реальная помощь, часто безвозмездная.

Созданию единого национального экономического пространства Афганистана способствовало строительство автодорог (70%  действующего дорожного покрытия в стране) при участии инженеров Советского Союза. Строительство и обслуживание дорог обеспечивало афганцев работой.

Были построены и запущены в строй  элеваторы, хлебозаводы, хлебокомбинаты, которые способствовали  наполнению местного рынка продуктами питания и решали проблему голода.

Были возведены линии электропередач, открывались научно-исследовательские и общеобразовательные учреждения, школы, лагеря детского отдыха и так далее», — рассказала Ольга Ладыгина.

Фаридун Усмонов, директор общественной организации «Диалог цивилизаций» в своем выступлении сделал акцент на важности развития и обеспечения безопасности региональных экономических проектов, в которые вовлечены Афганистан, Таджикистан, Узбекистан и Туркменистан. В качестве аргументации Фаридун Усмонов привел фактическое расстояние от экономических центров и столиц государств стран региона.

В завершении мероприятия участники отметили, что отличительным моментом конференции было «отсутствие воды» и «напыщенных речей», эксперты максимально конкретно обозначили проблематику и рассмотрели варианты развития ситуации, подвели доказательную базу, факты и цифры. Участники сошлись во мнении, что пока в мировом сообществе не наблюдается альтернативы московской переговорной площадке, которая обладает рядом преимуществ.

Центр Льва Гумилева в Афганистане в лице главного редактора сайта gumilev-center.af Анны Королевской выражает благодарность участникам конференции за качественный брейнсторминг и серьезную подготовку к мероприятию. Анна Королевская благодарит в первую очередь афганских коллег за доверие и участие в непростом диалоге.

«Россия и страны Центрально-Азиатского региона заинтересованы в установлении мира и спокойствия в Афганистане, мы будем продолжать делать все от нас зависящее, чтобы наши братские народы могли жить в мире. Вместе искать выход из сложившейся ситуации и призывать активную, здравомыслящую часть элиты афганского общества взять ответственность за судьбу своей страны в свои руки. Благодарю за внимание», — резюмировала Анна Королевская.

Пресс-служба Центра Льва Гумилева

Фото Наталии Кирьяновой:

You Might Also Like

Добавить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>